Огни моих маяков.

Закрыть глаза и досчитать до ста. А потом снова в бой.

Я даже рада, что некоторые люди сами уходят из моего поля зрения. Мне и вправду остается лишь вздыхать. Простите, но вы пройденный период. Раньше можно было часы напролет сидеть, разговаривать о цвете нового пледа, о том, как напеваешь песню весь день, о том, как вновь спотыкаешься на любовном фронте.

А сейчас у меня есть целая полка непрочитанных книг. Есть реальные люди, с которыми надо собирать кирпичики совместных случаев.

Есть йога каждый день. Большой, светлый зал. Мы все сидим в пледах, знакомые лица - незнакомые души. Иногда, разговоры заходят о переводе песен для медитаций. А у меня спина ровная и руки крепкие, совсем не дрожат больше.

Безмерно скучаю по Саше, и да, я готова посвящать ей каждое предложение в любом своем тексте. Раньше невозможно было представить, как же сложно прожить без её быстрой походки, ярких нарядов, рассуждений о чем-то вечном и о чем-то близком. А я вот уже неделю теряюсь в этом шумном городе и где-то за последним столом грущу, запоем читая Набокова. Она вернется из того серого, чужого, промышленного города и я в охапку потащу её в кафе и буду рассказывать, что дышать без неё невозможно, что я кому только можно рассказала, как именно она лепила из меня личность, вытаскивала из тьмы.

Возила Таню на набережную, таскались от одного берега к другому. Пинали камушки ногами и каждая думала о своем. Так странно, иногда вот совсем не клеятся эти разговоры. И остается только считать, что прогулка в общем не плохая, ведь и свежий воздух, и человека не видела месяц. Ох, не знаю.

Недавно рассказывала кому-то и вам расскажу. Сейчас у меня идеальная пропорция общения с противоположным полом, как никогда раньше! Чего только стоит мой репетитор по истории, который в перерывах между монгольскими нашествиями на Русь и созданием Московского княжества отвлекается на рассказы о своих анализах стихотворений, о творчестве Маяковского, а потом резко на Дали. Мы обсуждали новый альбом Сплин, концерты в нашем городе, спектакли в нашем городе, жизнь в нашем городе.

Что там будет дальше, со мной, с девушкой, которая бросается из крайности в крайности. Не знаю. Ну а сейчас пить малиновый чай и ожидать электричку в Сочи во вторник.

Простите те люди, которые за полосой.

Надеюсь, с одним из городов наша точка дополнится ещё двумя. Дождемся декабря.

Журавлики.

Через открытый люк маршрутки на меня попадают капли дождя, скатываются по щеке. Женщина на соседнем сиденье, одевая вязанную кофту, рассказывает как ей не хочется идти под дождем без зонта, вздыхает. А я выхожу и медленным шагом направляюсь к дому. В голове сотни планов. Они сменяют друг друга с молниеносной быстротой. Какой-то я дополняю новым словом, а какой-то летит в сундук "несбыточного, но от этого ещё более желаемого".

В пятницу я была в синих узких джинсах, черной футболке и большой, бесформенной кофте. На шее, на короткой цепочке, висел кулон, когда-то Саша рассказывала мне, что это знак водной стихии, с тех самых пор я его редко снимаю. Сидела, на остановке, в наушниках пели The Beatles, пасмурная погода управляла моим мыслями. Проезжали троллейбусы, а там люди. И я смотрела на них и представляла, с кем я бы смогла дружить, общаться. Звонкий смех: Саша и Арина. Мы снова вместе. Встаем, идем. Рок-бар. Уже третий раз за осень. В кармане ксерокопия паспорта, там говорится, что мне уже почти 19 лет. Нам говорят, нельзя, ведь в фотошопе можно все подделать. И тут я вижу девушку, с которой накануне познакомилась в твиттере. Кто бы мог подумать! Она с отцом, который со словами: "да я ваше реггИ ещё в девятом классе слушал" проводит нас через охрану. Глаза привыкают к тусклому свету, на всю стену фотография Курта Кобейна выложена мозаикой. Запах алкоголя, табачного дыма, чужих парфюмов.

Становимся прям перед сценой. Ждем.

Аплодисменты. Барабанщик, гитаристы и вот она, Оля. А всё вместе единое целое - Alai Oli. И это любовь февраля-марта-апреля-мая-июня-июля-августа-сентября. Неделимая, всепоглощающая любовь. Все песни в голове, в сердце, наизусть. И все поют во весь голос, но слышим только вокалистку, шутки, танцы. Мы все уже давно называем себя сектой. Мы те, кто возвращаются. И над городом сотни лучей того самого тепла, добра и любви.

И я становлюсь благодарна и тем охранникам, что нас в конце концов пустили. И тому парню, который одевал мне браслет на дрожащую руку, а я ему в это время рассказывала как долго ждала этого дня.

И руки тянулись высоко верх, тело качалось в такт. Порой, я отпускала все чувства, закрывала глаза и просто давала музыке пройти сквозь меня. Сердце бешено билось с каждым стуком ударных.

Спасибо-спасибо-спасибо-спасибо-спасибо!

Мы после сидели на ступенях закрытого торгового центра "Арбат", вокруг пустынная улица Красная, асфальт отсвечивает желтые глаза фонарей. Вишневые сигареты и ожидание такси.

Но мы ведь обязательно ещё раз начнем с этого места, не так ли?!

 

"Помоги мне забыть о дельфинах

Луна отражается в их мокрых спинах

Написала моё имя на стекле напротив окна

Я каждую ночь просыпаюсь одна

В моём городе нет моря

Но куда бы я не шла моё море со мною

Я просыпаюсь под нежные звуки прибоя"

Действовать. Действовать? Действовать!

Больше нет сил сидеть на месте. Осень куда-то бежит, пытаясь подхватить меня и закружить в бурном потоке желтых листьев. Но я просто не могу поймать нужную волну, чтобы надолго запомнить этот мимолетный танец.

Сегодня я почти поймала. Сидела в белом коридоре стоматологии вместе с Сашей, просовывала пальцы в её вязанный свитер и читала "Русского репортера".  Потом на автобусной остановке, положив голову ей на плечо, красила ногти вишневым лаком.

А может в прошлую субботу, когда докуривала последнюю сигарету в открытом поле, отвернувшись от Арины и Саши, но не переставая вслушиваться в их разговор. А вокруг всё напоминало "Вино из одуванчиков". Цветы, трава по колено, уединение, краска на руках и этот особенный неповторимый аромат природы.

Ещё добавляется картина моего первого занятия с репетитором истории. Кафе Jazz B. Книжные полки повсюду, хочется подойти, схватить первую попавшуюся, и читать до финальной точки. Но нет, мы сидим с серьезным видом, с очками и ноутбуком. Попиваем Ирландское кофе и я смеясь добавляю, что никак не с виски, а с ирисками. Размышляем о восточных славянах, из под ручки вырисовывается конспект. А в перерывах выпускаем никотиновые облака и знакомимся.

В понедельник я буду крутить педали велосипеда и обязательно загляну в зал йоги.
Мы с осенью танцуем вальс.

Ну вот всё снова.

Последнее время мне часто говорят, что профессия, которую я выбрала абсолютно мне не подходит. Юрист. Так много сейчас этих юристов. Да, у меня будет типично - не типичная ситуация, пойду по целевому набору. Как объяснить, всем этим, не верящим в меня, людям, так усердно пихающим меня на филологическую тропу, что мне нужна скучная профессия и такая же скучная работа, чтобы до вечера, 5 дней в неделю зарываться с головой в кипу бумажек. Я всегда это знала, с самого детства.

Но также я знаю, что там, за пределами работы, моя жизнь будет полна интересностей: людей, книг, путешествий, концертов. И этот контраст и есть моя жизнь.

Уже столько слез пролито по этому поводу, переговорено разговоров. А им всё неймется. глупые людишки.

В моей жизни, та, что в настоящем времени есть школа, есть прогулки по тц, есть много Саши, много одноклассников, есть счастливое преддверие скорого концерта Alai Oli.

На этих выходных я с родителями и их друзьями ездила на море. Место, в котором мы провели весь июль. Думаю, по-настоящему осеннее море с его штормом, ветром и полным отсутствием людей на берегу можно узреть где-то в середине октября. А сейчас там очень многолюдно, скукота. Я даже не поплавала.

Ненужное лето.

Как же я хочу вас слушать, меня просто ноги сами несут к вам. Вдыхать аромат ваших духов, смеяться, растворяться.

Это осень, моя любимая осень, вновь навестила нас. Сумку на плечо и вперед, в юбке, в рубашке,с новыми, но уже полюбившимися часами на руке, развивая за собой лёгкий шлейф любимого флакончика Nina Richi.  А впереди трудные учебные будни. Как же я ждала этого, столько сил, столько стремлений и целей. Мои вечные летние головные боли от ничего неделания улетучились, а  думалось, что прежний диагноз возобновился. Учебники, сочинения, поздние часы за столом, с ночником. 

А вокруг люди, мои люди, такие же долгожданные. Они щекотят меня, берут за руки и мы прыгаем. В омут бесконечных разговоров, в бесконечных прогулках, шумных баров, концертов любимых групп, обжигающего кофе на третьем этаже Макдоналдса. Они дарят мне музыку, а вместе с ней и крылья. И я парю над этим городом, окутывая его любовью.

И всё закрутилось - завертелось.

Сегодня увидела Сашу спустя почти три месяца разлуки, но это лето нас ничуть не изменило. Всё то же веселье, всё те же жесты, всё те же приятные на ощупь отношения. А скоро я увижусь и с Альбиной, и с Таней, и с Анжеликой, и ещё другими-другими людьми. Мы даже погуляем все вместе, сделаем весёлые кадры, смастерим всё то, что останется в наших воспоминаниях надолго. И так будет весь этот учебный год, я буду усердно учиться, впадать в депрессии, много рисовать, много читать, много фотографировать, много заниматься спортом, убирать комнаты в доме, красить ногти в яркие цвета, кутаться в большие свитера... Моя осень скоро, а потом моя зима - самое прекрасное время, чтобы жить.

А ещё школа, мне даже очень верится в то, что этот год будет последним, проведенный в ней. И не буду охать и ахать по поводу, как же быстро время пролетело. Вовсе нет, всё как надо, всё шло размеренно.

Сейчас самым приятным является предосенний шопинг. Мне так нравится доставать из своего шкафа вешалки с новыми, ещё ни разу не ношенными вещами, и представлять: вот это я надену, когда поеду фотографировать Сашу и Арину, а это на День Рождения Альбины, поздней зимой.

А ещё больше я довольна своей новой курткой, туфлями и сумкой, купила именно такие, как и хотела!

Также мне повезло в Diva, я попала в этот магазин в разгар очень заманчивой акции.

На этом, пожалуй, всё. Никак не могу собраться с мыслями после долго отсутствия в блоге.

И не давать тебе забыть, чем ты живешь.

Совсем скоро расставаться. И больше нам не придется сводить мосты, искать общности: песни, чувства, материю. Мы уйдем, проронив всего одну лишь скупую слезинку. А дальше жизнь: без совместных фотографий, без твоего номера в записной книге.

Это лето! В моей душе как-будто рухнула четвёртая, замыкающая, стена. И всё наружу, всё утекает в разговорах, в прикосновениях. Вся крепость, которую я так старательно возводила вокруг себя, собирая по кирпичикам - её больше нет, она рухнула. Я открыта миру, открыта каждому человеку.  

Возможно, это несколько неправильно, но мне хочется ощутить это чувство, когда море по колено, когда летаешь над городом. Я живу!